Эксклюзив
Козин Владимир Петрович
14 февраля 2018
762

США: еще одна стратегическая установка на доминирование

Main k

9 января Министерство обороны США опубликовало Краткое содержание Стратегии национальной обороны Соединенных Штатов Америки (Summary of the 2018 National Defense Strategy of the United States of America), которая заменила аналогичную стратегию, одобренную администрацией Барака Обамы в 2015 году. Новая стратегическая установка, имеющая открытую часть в виде резюме, изложенного на 11 страницах, была подписана министром обороны Джеймсом Мэттисом. Кроме того, имеется еще ее секретный раздел объемом более 50 страниц, который, естественно, не будет опубликован.

Принятый документ дополнил утвержденную в декабре прошлого года президентом Дональдом Трампом Стратегию национальной безопасности. Обновленная Стратегия национальной обороны является очередным звеном в серии актуализированных военно-стратегических установок Соединенных Штатов, в том числе: Обзор ядерной политики, представляющий собой ядерную стратегию страны в ближайшей и более отдаленной перспективе, а также Обзор противоракетной обороны, который определяет основные направления развития и применения ударно-боевых средств перехвата баллистических и крылатых ракет.

Доктрина «от 19 января» определяет ключевые цели и задачи, стоящие перед американскими вооруженными силами, формулирует главные принципы военного строительства и планирования в военной сфере.

Новая оборонная стратегия обращает внимание на необходимость модернизации ракетно-ядерных сил, средств противоракетной обороны, беспилотных аппаратов, а также усовершенствование всего комплекса командно-управленческих, разведывательных, информационных и иных систем в военной сфере. Указанные потребности мотивируются тем, что вооруженные силы США, которые прежде доминировали на многих направлениях, в настоящее время, мол, сталкиваются с конкуренцией в пяти сферах: на земле и на море, в воздушном и космическом пространствах, а также в киберсетях.

Сделан акцент на последующем развитии стратегической ядерной триады и повышении эффективности всей системы управления национальными ядерными силами. Делается акцент на существенной модернизации американских вооруженных сил и увеличении расходов на создание перспективных видов и систем вооружений. Следует напомнить, что расходы на модернизацию нынешней стратегической ядерной триады до 2026 года запланированы в пределах 400 млрд долларов, а в ближайшие 30 лет — до 1,2 трлн долларов.

Записано, что последующие инвестиции должны содействовать развитию эшелонированной системы ПРО с целью противодействия ракетным угрозам на театрах военных действий, в том числе таким угрозам со стороны КНДР. Администрация Дональда Трампа увеличила расходы на систему ПРО по сравнению с администрацией Барака Обамы. Уже появились планы нарастить количество ракет-перехватчиков, размещаемых на континентальной части США с нынешних 44 до 104 единиц. Подчеркнута целесообразность заблаговременного уничтожения средств ПВО и ПРО потенциальных противников.

В новой оборонной стратегии кратко описана Глобальная оперативная модель (Global Operating Model) развертывания и применения объединенных вооруженных сил США, которые должны быть способны вести боевые действия с использованием всех имеющихся средств вооруженной борьбы: обычных и ракетно-ядерных, космических и кибернетических. В частности, предписано, чтобы киберпотенциал был в полном объеме внедрен в весь спектр военных операций. В «резюме» новой стратегии также упомянута концепция Динамичного применения вооруженных сил (Dynamic Force Employment Concept), предусматривающая их срочную перегруппировку для решения внезапно поставленных задач приоритетного характера.

Вероятно, неслучайно, что в подзаголовок «резюме» открытой части стратегии введена формула: «Заостряя конкурентоспособность американских вооруженных сил». Вновь прозвучала генеральная установка на сохранение «глобального американского влияния», «военного превосходства США в мире и в его ключевых регионах», на создание «благоприятных балансов сил», а также на противодействие долгосрочной стратегической конкуренции со стороны «ревизионистских держав», которые вкупе с «несостоятельными государствами» пытаются конкурировать по всем направлениям.

Еще одна специфическая черта, привнесенная командой Дональда Трампа в новую оборонную стратегию, — идея о том, что США должны действовать «предсказуемо» на стратегическом уровне и «непредсказуемо» на оперативном.

Анонсируя публикацию новой стратегии в Школе современных международных отношений Университета имени Джона Хопкинса, глава Пентагона обратил внимание на то, что отныне Соединенные Штаты сосредоточатся на «соперничестве великих держав», а не на противодействии терроризму: «Мы продолжим проводить кампанию против террористов, но именно соперничество великих держав, а не терроризм, теперь находятся в фокусе национальной безопасности США», — заявил он на церемонии презентации новой оборонной доктрины, видоизменив аналогичную трактовку в актуализированной стратегии, где говорится: «Стратегическая конкуренция между государствами, а не терроризм является в настоящее время основной озабоченностью национальной безопасности Соединенных Штатов». Но при этом было уточнено, что они не собираются уходить с Ближнего Востока, объявляя своим приоритетом борьбу с терроризмом в названном регионе и достижение такого положения, когда в нем «не могла бы доминировать ни одна держава, враждебная Соединенным Штатам». Поставлена задача не допустить террористов к обретению ОМП.

Документ уделяет большое внимание сдерживанию Китая и России (причем, в этом списке Китай стоит на первом месте). По словам шефа Пентагона, США сталкиваются с растущими угрозами со стороны Китая и России, которые хотят создать мир в соответствии со своими «моделями». И КНР, и Россия голословно обвинены в проведении на международной арене курса, которые они никогда не проводили и не проводят. Многочисленным искажениям подвергается и военная политика двух наших дружественных государств. Не скрывается, что Соединенные Штаты должны наращивать свой военный потенциал, чтобы быть готовыми вступить в конфликт с Китаем и Россией.

Кроме того, среди вероятных противников США упоминаются Северная Корея и Иран, как дестабилизирующие обстановку в соответствующих регионах государства. «Такие страны-изгои, как Северная Корея и Иран, дестабилизируют свои регионы, пытаясь обзавестись ядерным оружием или поддерживая терроризм», — говорится в тексте.

В документе перед объединенными американскими вооруженными силами поставлена задача: «сдерживать агрессию в трех ключевых регионах: Индо-Тихоокеанском регионе, в Европе и на Ближнем Востоке». Примечательно, что в тексте отсутствует термин «Азиатско-Тихоокеанский регион», а использовано более широкое географическое понятие как «Индо-Тихоокеанский регион», который, как представляется, дополнительно включает полуостров Индостан и прилегающие к нему зоны. Можно напомнить, что в аналогичной стратегии Барака Обамы говорилось о «перебалансировке» вооруженных сил США только в АТР.

В своем выступлении на публичном представлении открытой части оборонной стратегии Джеймс Мэттис ратовал за стабильное наращивание военных расходов страны, которые на текущий год определены в размере 700 млрд долларов, мотивируя потребностью выхода из «стратегической атрофии», в которой прежде она находилась. «Мы собираемся создавать более ударные силы», — заявил глава Пентагона, а также процитировал положение из обновленной «Стратегии национальной безопасности» о том, что Вашингтон будет укреплять традиционные альянсы и одновременно создавать «новые партнерства» с другими государствами. 

Сделан явный акцент на укрепление Североатлантического союза в военном и организационно-политическом плане. От союзников по трансатлантическому альянсу требуется повысить оперативное взаимодействие, а также выполнить обязательства по увеличению их взноса в его бюджет, на закупку и модернизацию вооружений и техники.

В стратегии «19 января» уточняется, что США будут создавать прочные коалиции «с целью консолидации успеха», достигнутого в Афганистане, Ираке, Сирии и других местах, хотя особого «успеха» в этом контексте там и не наблюдалось. По признанию заместителя министра обороны США по вопросам развития стратегии и вооруженных сил Элбридж Колби, новая Стратегия национальной обороны исходит из уже объявленной военно-стратегической установки Дональда Трампа: «Мир через силу».

Обновленная оборонная стратегия содержит явный настрой нынешней американской администрации на обеспечение монополярности глобального мироустройства под руководством Вашингтона, а также доминирования США и НАТО в военной области и распространение их «военной мощи» по всему земному шару.

Фокус новой оборонной стратегии на Китае и России прокомментировал глава МИД России Сергей Лавров. По его словам, Москва сожалеет о таком решении Вашингтона. «Мы сожалеем, что вместо того, чтобы вести нормальный диалог, вместо того, чтобы базироваться на международном праве, Соединенные Штаты, конечно, стремятся свое лидерство доказывать через такого рода конфронтационные концепции», — сказал министр.

Итак, появилась еще одна стратегия США, пронизанная духом агрессивности и настроем на вмешательство во внутренние дела других государств, проводящих самостоятельный курс на международной арене, с помощью вооруженных сил.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.


Источник: Портал МГИМО

Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован